Форум Православного Христианского чата

Протоиерей Ливерий Воронов.
ИПОСТАСНОЕ СОЕДИНЕНИЕ ПРИРОДЫ ВО ХРИСТЕ (ενωσις καθ' ΰπόστασιν)

Церковь исповедует две полные природы во Христе (Бо­жество и человечество), но лишь одну (Божествен­ную) Ипостась - Ипостась Бога Слова. Человечество не имеет в Нем особой, отдельной, лич­ности, но оно воспринято в единство Его Божественной Ипостаси.

Одно и то же существо - Богочеловек - есть и Сын Божий и Сын Человеческий. Святитель Кирилл, архиепископ Алек­сандрийский, в послании к Несторию "Καταφλυαρουσι" ("Некоторые своим суесловием...") писал: "Слово, соединив с Собою ипостасно (καθ'υπόστασιν) плоть, одушевленную разумной душою, неизреченно и непостижимо для нашего ума, стало человеком, и наименовало Себя Сыном Человечес­ким... Естества, истинно соединенные между собой, хотя раз­личны, но в соединении обоих сих естеств есть один Христос и Сын".

"Если бы мы стали, - говорит святитель Кирилл, - от­вергать ипостасное соединение, как что-то непонятное и странное, то мы должны бы были признать двух сы­нов... и одного называть собственно человеком, удосто­енным звания Сына, а другого - собственно Словом Бо­га, как имеющего имя и достоинство сыновства по сво­ему естеству".

Сущность ипостасного соединения природ во Христе свя­титель Григорий Богослов характеризует так: "Сын Божий благоволит стать и именоваться и сыном человеческим, не изменяя того, чем был (ибо сие неизменяемо), но, приняв то, чем не был (ибо Он человеколюбив, чтобы Невмести­мому сделаться вместимым, вступя в общение с нами чрез посредствующую плоть)".

"Различие, установленное в Халкидоне между терминами "природа" и "ипостась", - пишет в своем известном хрис­тологическом труде профессор протоиерей Иоанн Мейен­дорф, - было слишком новым и революционным в богосло­вии воплощения, чтобы не вызвать появление различных истолкований и недоразумений".В процессе возникших тогда христологических споров между халкидонитами (то есть православными) и не-халкидонитами, не признававшими Халкидонского и последу­ющих Вселенских Соборов, важное разъяснение Халкидон­ского ороса связывают обычно с именем богослова VI века Леонтия Византийского.

Отец Иоанн Мейендорф утверждает, однако, что было два Леонтия, которых долго принимали за одно лицо. Согласно данным критических исследований, можно считать, что тем богословом, который дал строго православное истолкование ипостасного соединения, был не Леонтий Византийский (один из оригенистов, выступавших против преподобного Саввы Освященного), а Леонтий Иерусалимский," писав­ший в защиту Халкидонского Собора и против оригенистов между 532 и 536 годами, автор сочинений "Против несто­риан" и "Против монофизитов".

Именно Леонтий Иерусалимский со всей определеннос­тью разъяснил Халкидонское выражение: "одно Лице и од­на Ипостась". "В последние времена, - говорит Леонтий Иерусалимский, - Слово Само облекши плотию Свою Ипо­стась и Свою природу, которые существовали прежде Его человеческой природы и которые прежде веков были бес­плотны, воипостасировало Свою человеческую природу в Свою собственную Ипостась".

"Христос не обладает некоей человеческой ипостасью, ко­торая обособлена подобно нашей, но Ипостась Слова явля­ется общей и неотделимой как от Его человеческой, так и от Его Божественной природы".

Протоиерей Н.Малиновский так вкратце излагает учение об ипостасном соединении природ во Христе: "Церковь вводит нас в возможное уразумение тайны соединения Бо­жества и человечества в Иисусе Христе, когда научает испо­ведовать в Нем, при двух естествах, единое Лицо или Ипо­стась, именно Ипостась Сына Божия, воспринявшего в единство Своей Божественной Ипостаси человеческую при­роду. "Веруем, - говорят восточные патриархи, - что Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, истощил Себе Самого, то есть восприял на Себя в собственной, ипостаси плоть че­ловеческую, зачатую в утробе Девы Марии от Святаго Духа, и вочеловечился" (Послание восточных патриархов, член VII). Это значит, что при действительном различии Боже­ства и человечества, с их соответствующими свойствами и деятельностями, во Христе Иисусе есть единое Лицо Бога Слова (единое Я), единично сознающее Себя в двойстве естеств и управляющее всеми явлениями и обнаружениями жизни Богочеловека. Человеческая природа не получила са­мостоятельной ипостаси, отдельной от Ипостаси Бога Слова, но получив ипостась в Божественной Ипостаси, стала принятой в Ипостась Бога Слова.

В Откровении даются твердые основания для такого представления о единении естеств в Иисусе Христе. Сам Иисус Христос всегда говорил о Себе как о едином Лице, вечном и воплотившемся Слове; в Его выражениях о Себе нет ни одного изречения, в котором можно было бы усмот­реть след двойственности Его сознания, след обособления Божественной и человеческой жизни, Божественной и чело­веческой воли, с двумя обособленными друг от друга ряда­ми действий, из которых каждый имел бы свой собствен­ный самостоятельный центр".
Хорошо поясняет ипостасное единство природ во Христе также священник Василий Соколов. "Ипостась, - пишет он, - это высшее духовное единство, может совместить в себе разноприродные сущности и может как проникнуть в них сама, так и взаимно проникнуться ими, то есть сохраняя и усвояя себе, как собственные, все свойства природ, сооб­щить им, в свою очередь, свои ипостасные свойства и осо­бенности. Ипостась в своем существе есть духовная лич­ность, единое самосознающее "я", которое может одновре­менно и совершенно самостоятельно проявлять себя в жиз­ни различных природ, иначе сказать, проникать эти приро­ды своей собственной жизнью, своим самосознанием. И Богочеловеческое единение во Христе не могло состоять ни в чем другом, как в озарении единым Божественным само­сознанием, в переживании Сыном Божиим, как второй Ипостасью Святой Троицы, не только Божественной, но и совершенной человеческой жизни".

ОБЩЕНИЕ СВОЙСТВ (COMMUNICATIO IDIOMATUM) БОЖЕСКИХ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ В ЛИЦЕ БОГОЧЕЛОВЕКА

В силу ипостасного единения естеств, один и тот же Бог Слово может именоваться и Богом, и Человеком. При этом:

а) Свойства человеческие приписываются иногда Христу как Богу: "Если бы познали (премудрость Божию), то не распяли бы Господа славы? (1 Кор. 2, 8).

"Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый по­ставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, ко­торую Он приобрел Себе Кровию Своею" (Деян. 20, 28).

"Оно (Слово), соединившись с плотию в самой утробе (Святой Девы), родилось по плоти, усвоив Себе плоть, с которой родилось" (святителя Кирилла Александрийского послание к Несторию "Καταφλυαρουσι")

б) Свойства божеские приписываются иногда Христу как Человеку:

"Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах" (Ин. 3, 13).

"Божественный и вышевидный Младенец, хотя и был в пеленах, по человеческой природе, но как Бог неизреченной силой расхитил сосуды сатаны" (святителя Кирилла Алек­сандрийского пасхальная гомилия 429 года).

Термину communicatio idiomatum соответствует гречес­кое выражение αντίμεθιστασις των ονομάτων (взаимоза­мена или взаимоперемещение именований), которое вве­дено в догматику на основании одного высказывания свя­того Григория Нисского. Святой Григорий в письме к Фео­филу, архиепископу Александрийскому, писал: "По причи­не совершенного единения воспринятой плоти и восприемлющего Божества имена взаимно заменяются, так что и человеческое называется божеским и божеское человечес­ким (именем). Посему и Распятый у Павла называется Господом славы (1 Кор. 2, 8) и Поклоняемый от всей тва­ри небесных, земных и преисподних именуется Иисусом (Флп. 2, 10)".

Одним из следствий communicatio idiomatum являются так называемые теопасхитские выражения. В них при яс­ном указании на Божественность Лица Господа Иисуса Христа говорится о Его страданиях и смерти (очевидно, по человеческому естеству).

В дополнение к вышеприведенным текстам 1 Кор. 2, 8 и Деян. 20, 28 можно привести святоотеческие и принятые Церковью выражения:

"Дайте мне быть подражателем страданий Бога моего" (свя­тителя Игнатия Антиохийского послание к римлянам 6, 3).

"Что Само Слово Божие воплотившееся было повешено на древе, это я не раз показал".

"Сын Божий родился; нам не стыдно (утверждать это), хотя надлежало бы стыдиться (по мнению мудрецов века сего); Сын Божий умер; это вполне достоверно, хотя (по их мнению) ни с чем несообразно. Погребенный воскрес; это несомненно, хотя (как они думают) "невозможно".

"Верую... во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Бо­жия... единосущна Отцу... распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна..." (Символ веры).

"Единородный Сыне и Слове Божий... не преложно воче-ловечевыйся, распныйся же, Христе Боже, ...Един сый Святыя Троицы, спрославляемый Отцу и Святому Духу, спаси нас" (гимн императора Юстиниана).

Термин "теопасхитские" (выражения) происходит от гре­ческих слов: "Θεός" (Бог) и "πάσχω" (страдаю). Нужно, однако, иметь в виду, что, употребляя теопасхитские выра­жения, Православная Церковь не допускает мысли о стра­дании во Христе Его божеского естества.

Святой Иоанн Дамаскин писал: "Говоря о Божестве (Христа), мы не приписываем ему тех свойств, которые присуши человечеству. Ибо мы не говорим, что Божество подвержено страданию... А когда речь идет об Ипостаси, то... придаем ей свойства обоих естеств".

Святитель Афанасий Великий рассуждал так: "Что пре­терпевало человеческое тело Слова, то соединенное с ним Слово относило к Себе".
И о смерти Христа святитель Афанасий пишет: "Произо­шла смерть; тело приняло ее по естеству, а Слово потерпе­ло (ее) по изволению и свободно собственное Свое тело предало на смерть".