Из интервью с руководителем Пресс-службы УПЦ:
- Как на сегодняшний день здоровье Блаженнейшего Митрополита Владимира?
- Слава Богу, он намного лучше выглядит, говорит. Ему сейчас нужны тщательный домашний уход, только положительные эмоции и, конечно же, наши молитвы. Ведь сам Блаженнейший всегда молился за других и помнил обо всех. У меня отец был старше его, последние годы тяжело болел, был лежачим. А у Митрополита Владимира поразительная память на какие-то даже житейские подробности. Вот он возвращается в Киев из поездки или лечения, я набросаю вопросы, какие надо обсудить, распечатаю кучу текстов, которые он должен прочесть, приношу, Блаженнейший положит все это перед собой, но первым делом спросит: «Как папа?» Помолится о нем, потом – к делу. Когда были другие обстоятельства, и грустные, и радостные, расспросит о них – как там мама, как там сын в армии, как дочь в университете, как внучка. Непременно что-то посоветует, помолится. Он помнил внерабочие заботы сотрудников, интересовался ими. У нас в Украине многие считают, что по молитвам Блаженнейшего люди исцеляются, операции проходят успешно, поэтому много раз коллеги и знакомые просили через меня Блаженнейшего помолиться о ком-то из близких. Я просьбы передавал, Митрополит никогда не отказывал: выслушает, встанет, помолится.
- А как Блаженнейший сам относится к тому, что люди так верят в силу его молитвы?
- Я однажды даже спросил Митрополита об этом. Он тему сразу свернул, сказав: «Разве вы не понимаете, я-то здесь при чем?» Бог исцеляет и помогает.
Блаженнейший молился, держал в памяти проблемы не только сотрудников, окружения, но и вообще случайных людей. Вот прошлой осенью, перед самой бедой – переломом ноги, я забежал вечером к Митрополиту о чем-то посоветоваться. Почему-то в резиденции никого не было, стояла необычная тишина, но Блаженнейший собирался на службу, хотя неважно себя чувствовал – его пошатывало. Мы пару минут поговорили, я взял его под руку, чтобы проводить к машине, выходим, а у крыльца стоит какая-то бедная жалостливая старушка. Митрополит направляется к ней, обращается по имени и что-то утешительное говорит о ее какой-то беде. Старушка слова не может произнести, только мелко моргает, кивает, плачет и улыбается. Но он точно не видел ее очень давно, его и в Киеве не было, а не забыл ни эту случайную старушку, ни ее беду. Я думаю, что вместе с Блаженнейшим, нашими старшими великими архиереями завершится какая-то эпоха простоты, непритязательности, сердечности. Какого-то особого пастырства.
- Что ты имеешь в виду? Что не пройдут мимо старушки?
- А разве этого мало? У нас часто пастыри мчатся к сановнику, старушек не замечая, и вообще никого, кроме начальника, не видя. Но дело не в этом. У Блаженнейшего Митрополита есть знаменитое стихотворение «Подорожник» о смысле добра. Это растение неприметно, его затаптывают, но, жертвуя собой, подорожник исцеляет раны путников, поддерживает их в пути.
Есть представление о пастыре, который либо водительствует, либо гонит стадо нужной дорогой. У Блаженнейшего пастырь - не предводитель, не погонщик, а помощник, призванный поддержать человека на его пути ко Христу. Митрополит убежден, что душа человека не только по природе своей христианка, но и в том, что она не может не стремиться к Богу, и эта дорога бывает тернистой, мучительной. И пастырь должен, как подорожник, укрепить путника, подлечить ссадины, ушибы и раны. И в этом смысле душа старушки для пастыря, наверное, ценнее души сановника, поскольку исстрадалась больше.
http://www.radonezh.ru/analytic/15954.html
