Форум Православного Христианского чата

[olga]

ДУРА

Вот и лето, день солнечный, дача. Тихо, полдень, ветерка даже нет, В гостях две соседки с детьми, воркуют в чайной беседке, детки их, девчонка и мальчишка, одногодки, лет семи, бегают по краю бассейна, в салочки, значит, играют. Умильно и спокойно. Я отошел и вожусь с авто, чтоб женщинам не мешать, да и так даже не вожусь, вид больше делаю. Что-то там магнитофон в машине нашептывает голосом иеромонаха-гитариста. Слышу среди детского визга - и голоса у соседок прерывисты стали, запал появился, и нарастает напряженка явно. Ну вот, только и не хватало в моем доме ругани. И вдруг слышу, отрывистое - "Дура". Ну все, это уже перебор, лажа. Не для того я тут трехметровый забор строил, чтобы такие вот словечки и интонации слушать. Медленно, ленясь, неохотно бреду к женщинам, заранее репетируя выражение кислое на лице. " Ну и в чем дело?" - спрашиваю. Одна из моих подружек: "Ты представляешь, Андрей, эта дура аборт собралась делать". Совсем мне скверно стало, и силы сразу отнялись. Как бы прямо так и сполз без сил на кресло. Посмотрел этой "дуре" в глаза, еще хуже стало. Знаю, знаю, сейчас я услышу рассказ на тему - Как на Руси жить тяжело, про пьяницу-мужа, про отсутствие денег, про отсутствие работы и присутствие стойкого желания от этой жизни самой удавиться. Мол, есть уже один, вернее одна девочка, больше, мол, не потянуть, а жизнь проходит. Тупо смотря на "дуру", выслушиваю это, даже в той последовательности, в которой предполагал. Даже не пытаюсь остановить. Знаю, пока не отбарабанит все вот это, этот весь идиотизм, который уже сотни, может, раз прокрутила у себя в башке, не будет ей хоть маленького покоя внутри, хоть секундного забвения. Совесть-то у всех есть.

Эх, девочка, если б ты знала, сколько раз я эту бень слышал в своей жизни. И у всех одно и тоже, те же слова, та же мимика на лице, те же интонации. Как будто говорят сестры-близнецы. Сил не прибавилось, удержать кривую ухмылку на лице не удалось. Тяжесть, груз неимоверный. И в тоже время осознание – все от Бога, надо переубеждать. Господи, да неужели Ты не видишь - бесполезняк, полный аут! Вспомни, сколько раз Ты посылал мне вот таких вот "дур", и что? Вздохнул, глаза вниз, начинаю как отрепетированное: "А как же Бог, мол, Он же мол, хозяин, Он податель, Он благодетель и т.д. и т.п." вплоть до - "Как же здоровье, опасность операции?" И реакция на все банальная, и тупость непролазно-дремучая, и упорство ослиное. Все на месте, все как всегда. И от этого всего тошнить меня прямым образом начинает, а немощь разливается по всему телу и душе, как в болоте душит, крутит, лишая последних сил. Чувство полной гибели, безнадежия и темноты. И вот из этой вот темноты неожиданно для меня самого летит мой последний вопль к Спасителю - Господи помилуй, Господи пощади, Господи сохрани жизнь невинную и убереги рабу Твою неразумную, от смертного греха. Свет, свет, уцепился я за него, держусь, тяну Бога на Землю – Господи, не отступлю. А сам удивляюсь своей наглости и этой неотступности. Свет, сила прибывает мощной, неземной волной, сотрясает меня, и как бы не я уже рот открыл, а за меня кто-то. И слова, слова полные сил и непоколебимой убежденности. «Дура ты, - говорю, - ну ладно, Бога ты не боишься, людей не стыдишься, считаешь, что все у тебя есть, и что все твое, и никто от тебя это не отнимет». Поднял глаза, смотрю внимание на ее лицо. МОЛЧИТ! "Ну вот, - продолжаю, - пойдешь ты, к примеру, на аборт, все нормально будет, но детей после этой "операции" иметь не сможешь. Ведь может такое быть?" - спрашиваю. "Может"- отвечает. Ну вот, говорю, тебе ведь больше не надо, у тебя ведь есть уже дочь. "Есть" - отвечает. Ну я и говорю на выдохе: "Только представь, Господь заберет у тебя этого ребенка, что тогда делать будешь?". А сам аж зажмурился от своих слов, и страшно мне стало, так ярко смерть девочки этой рядом прошла. ГОСПОДИ, ПОМИЛУЙ, Господи, поддержи. Господи, яви Волю Свою. Затихла моя дура, тишина повисла кругом. И вот среди этой тишины мальчишеский крик: "Помогите!" Господи, помилуй - посреди огромного и глубокого бассейна тонет девочка, глотая воду и уходя вниз. И макушечки уже не видно. Свалилась и тонет. Ну, понятно герой тут спаситель не заставил себя долго ждать, даже откачивать ребенка не пришлось. Так, наглоталась водички чуток. День испорчен был, все разошлись по домам, а вот "дура" моя, тихая как козочка, уходя и скажи мне: " Андрюша, я не буду аборт делать". Радоваться уже сил не было. Водки пару стаканов было и сон, сон как в могиле. Вот так и появился у меня крестный сын, зовут Василием, уже семь лет ему. А мама с семьей в церковь пошла, отец работу нашел и пить бросил. И все к Чаше подходят и не забыли, как милостив Господь. Сами решайте – чудо это или нет. А я, честно говоря, и думать не буду, просто молюсь за эту семью. Хоть одну смог я остановить.
А.Долинский

[olga]

Пусть живёт! (невыдуманная история)


Есть сны пустые, а есть особенные, вещие. Вот такой сон я видела в молодости. Мне приснилось, что я стою в полной тьме и слышу обращенный ко мне голос: "Родная мать хочет убить своего ребенка". Слова и голос наполнили меня ужасом. Я проснулась, полная страха.
Солнце ярко освещало комнату, за окном чирикали воробьи. Я посмотрела на часы - было восемь. Свекровь, с которой мы спали в одной комнате, проснулась тоже.
- Какой страшный сон мне сейчас приснился, - сказала я ей и начала рассказывать. Свекровь взволнованно села на кровати и пытливо посмотрела на меня:
- Тебе сейчас приснилось?
- Да, - ответила я.
Она заплакала.
- Что с вами, мама? - изумилась я.
Она вытерла глаза и грустно сказала:
- Зная твои убеждения, мы хотели скрыть, что сегодня в девять часов Ксана (моя золовка) должна идти в больницу на аборт, но теперь я не могу скрывать.
Я ужаснулась:
- Мама, почему вы не остановили Ксану?
- Что делать?! У них с Аркадием уже трое детей. Он один не может прокормить такую семью. Ксана тоже должна работать, а если будет малыш, ей придется сидеть дома.
- Когда Господь посылает ребенка, Он дает родителям силы вырастить его. Ничего не бывает без воли Божией. Я пойду и попытаюсь отговорить ее.
Свекровь покачала головой:
- Ты не успеешь: она вот-вот уйдет в больницу.
Но я уже ничего не слушала. Не одеваясь, а как была в ночной сорочке я набросила пальто, сунула босые ноги в туфли и, на ходу одевая берет, выбежала на улицу.
Ехать было далеко. Я пересаживалась с трамвая на автобус, с автобуса на другой трамвай, стараясь сократить путь, а стрелка часов между тем перешла за девять...
- Господь, помоги мне! - молилась я.
С Ксаной мы столкнулись в вестибюле ее дома. Лицо у нее было осунувшееся, мрачное, в руках она держала маленький чемодан. Я обхватила ее за плечи:
- Дорогая, я все знаю! Мне сейчас приснился о тебе страшный сон: чей-то голос сказал: "Родная мать хочет убить свое дитя". Не ходи в больницу!
Ксана стояла молча, потом схватила меня за руку и потянула к лифту.
- Я никуда не пойду, - плача сказала она. - Никуда! Пусть живет!
Ксана родила мальчика. Он вырос самым лучшим из всех ее детей и самым любимым...

Автор неизвестен.

[olga]

Я появился совсем недавно. Сейчас я сижу у мамочки в животике, но через девять месяцев я появлюсь на свет. Мне тут так хорошо и удобно! Мамочка заботится обо мне, часто она включает спокойную музыку, и я наслаждаюсь вместе с ней и иногда засыпаю. Каждый вечер приходит с работы папа. Он обнимает мамочку и гладит животик, в котором живу я. Когда я появлюсь на свет, у нас будет самая счастливая семья, я ведь уже так сильно их люблю!
Моя мама большую часть времени проводит дома. Но с часу до пяти она уходит на работу в школу. У нее сейчас не очень много учеников, но зато они очень сильно любят мою мамочку. Ну ничего, когда я рожусь, я буду любить ее еще больше. После школы моя мама приходит домой и кушает, а вместе с ней кушаю и я. Все всегда такое вкусное! Потом моя мамочка смотрит телевизор и вяжет, затем готовится к урокам. А вечером приходит папочка, и они идут спать.
Так обычно и проходят дни. Мой папа старается во всем угодить мамочке. Он такой добрый! Скорей бы мне родиться, я бы каждый вечер их обнимал, целовал, а потом бы заползал к ним в постель, и они бы со мной играли. Вот было бы здорово!
С каждым днем я расту все больше. У меня начинают появляться ручки и ножки. Я все вижу и чувствую, а мои родители, наверное, этого не знают. Как интересно! Я могу видеть, что они делают, а они не могут заглянуть в животик и увидеть, как я машу им ручкой и улыбаюсь. Мне так весело и так хорошо! Мне иногда хочется вылезти из маминого животика ночью, поцеловать мамочку с папочкой и забраться обратно, потому что я еще маленький, а маленьким детишкам положено сидеть в животике. Иногда мою маму навещает бабушка. Она очень нежная и заботливая. Бабушка приносит маме еду, хотя ее и так в доме полно, а еще пеленки и одежду для меня, хотя они еще не знают, кто родится, мальчик или девочка. Мне так приятно, что они все думают обо мне и заботятся. Как же все-таки хорошо быть маленьким ребеночком и сидеть в уютном и мягком животике...
Прошел месяц. Я становлюсь все больше и больше. У меня уже появились любимые блюда, которыми кормит меня мамочка и музыка, которую она часто слушает. А еще мой папочка вчера прислонил ухо к маминому животику и слушал, как я там поживаю. Было так здорово! Я дотронулся рукой до маминого животика и пошевелил пальчиками. А папа сказал, что услышал, как я дышал. Вот глупенький!
Сегодня у мамы не было уроков, потому что ученики уехали на экскурсию, и она пришла домой пораньше. Она открыла дверь и увидела там папу с какой-то девушкой. По-моему, она тоже была нежной и ласковой, как мама, потому что папа обнимал ее, целовал и улыбался. Но мамочке она почему-то не понравилась. Она начала кричать на папочку. Девушка в это время быстро собрала вещи и убежала, а мама с папой стали ругаться. Я еще никогда не видел, чтобы они ссорились. Мама громко кричала и била папочку по лицу. Папа обиделся и куда-то ушел, а мама крикнула, чтобы он больше не приходил. Потом она села в кресло и расплакалась. Мне было ее так жалко. Я так хотел ей чем-нибудь помочь, но не мог. Я тогда решил, что когда появлюсь на свет, я всегда буду успокаивать мою милую мамочку и она никогда - никогда не будет плакать. Ведь я ее так люблю!
Первый раз в ее животике мне стало как-то неуютно. Почему-то заболела левая ручка. Может, это оттого, что мама плакала и нервничала? Она вдруг встала с кресла и начала ходить по комнате, а слезы все равно капали из ее глаз. Мне уже захотелось кушать, а мамочка, кажется, совсем об этом забыла. Странно, раньше такого никогда не было. Но ничего, я еще потерплю, главное, чтобы мамочке стало легче, и она помирилась бы с папой.
Сегодня мамочка легла спать одна, папа так и не пришел. Было очень неуютно без него, и я расстроился. А еще мамочка очень плохо покормила меня, съев какие-то сушки. Мне было очень тяжело ими питаться, да к тому же они были какие-то невкусные. Скорее бы они с папой помирились...
Бедная мамочка, она не может заснуть и снова плачет. Как мне хочется вылезти из животика и обнять ее своими маленькими ручками. Может, ей стало бы легче...
Настало утро. Мама уже проснулась, но все равно лежит на диване. Я опять проголодался. Почему она не обращает на меня внимания, почему не заботится так, как раньше? И где мой папочка, я ведь уже так сильно по нему соскучился!
Вот, наконец, мама встала с дивана и пошла на кухню. Может, она меня покормит! Нет, она садится на стул и опять рыдает. Так и хочется сказать ей: "Мамуля, не плачь, ведь у тебя же есть, ведь я же не могу без тебя и очень люблю". Я медленно глажу ручкой ее животик и шепчу ей нежные слова. Как жаль, что она ничего не слышит...
Мама открывает ящик, что-то берет и щелкает зажигалкой. Интересно, что она дела...
Тьфу, я задыхаюсь. Что это, Господи, какая гадость! Что она делает! Что это за дым! В маленьком уютном животике, где я живу, никогда этого не было! Фу! Мне так плохо, дым режет глаза, и я кашляю.
Мамочка, пожалей меня, что ты делаешь, мне так неприятно! Но нет, она не слышит меня и вдыхает в себя какую-то дрянь. Я расстраиваюсь и начинаю плакать. Мамочка хватается за живот. Ее тошнит. Наконец-то она перестает курить. Но дыма в ее животике так много! Я дую на него, и он медленно уходит. А мамочка опять плачет, и я плачу вместе с ней, потому что от этого ужасного дыма я кашляю, и у меня начинает болеть сердечко.
Мама покормила меня, но опять, к сожалению, не тем, чем бы мне хотелось. Почему неожиданно все так резко изменилось? Может, я чем-то обидел мою любимую мамочку, но вот чем? Мама не пошла сегодня в школу. Вместо этого она осталась дома и проплакала весь день. Мое сердечко разболелось еще сильнее. Она опять вдыхала какую-то гадость. Мне все больше и больше хочется куда-нибудь убежать из ее животика. Тут стало совсем неуютно. Здесь плохо пахнет, и дым режет глаза, а еще я очень хочу есть...
Сегодня мамочка проснулась рано. Ей не спалось. Она покормила меня чем-то. Было не очень вкусно, но зато это лучше того, что было раньше. Теперь мне хочется пить. Мама, как будто прочитав мои мысли, подходит к холодильнику и достает какую-то бутылку. Она наливает в маленький стаканчик какую-то прозрачную жидкость. Я так рад. Наконец, она вспомнила обо мне, наконец, она будет заботиться обо мне так же, как и раньше. Мама подносит стакан ко рту и резко опрокидывает его вовнутрь. Боже, какая отрава, какой ужасный вкус! Я тут же выплевываю это. Мне очень противно и обидно. Зачем мама так мучает меня, неужели ей все равно, что со мной будет?.. Нет, так не может быть. Она любит меня так же сильно, как и я ее. Она не может желать мне зла. Просто ей плохо. Но я все равно не понимаю, неужели ей лучше оттого, что она пьет какую-то отраву и наполняет животик, в котором я живу, едким дымом? Как ей может быть лучше от того, что причиняет мне вред? Нет, раньше она была не такой. Неужели так будет всегда? Я очень этого не хочу, я не выдержу этого...
Проходит еще несколько дней. Все стало еще хуже. Мамочка почти не кормит меня, лишь вдыхает дым, пьет и целыми днями лежит на диване и плачет. Мне очень плохо. Часто болит голова и сердечко, иногда меня тошнит. В когда-то нежном и мягком животике стало просто невозможно! Я часто стучу по нему своими ручками и надеюсь отсюда выбраться. Но это, увы, невозможно. Я задыхаюсь тут. А папочка так ни разу и не навестил нас. Может, он разлюбил нас, и мы стали ему просто не нужны? Нет, так не может быть, он ведь так заботился о нас до того, как поругался с мамой. Что же все-таки произошло? До меня нет никому дела. Я сижу и плачу. Мне здесь так одиноко...
Прошло еще несколько дней. К нам приезжала бабушка. Она о чем-то долго спорила с мамой, и уехала от нас вся в слезах. Чем мама ее так обидела? И поругались они из-за ерунды. Сначала они просто мирно беседовали, а потом мама сказала всего лишь одно слово и бабушка заплакала. Я вообще ничего не понимаю. Что же она сказала?.. "Надо делать апорт" или "аборт" ..Точно не помню, да это и не важно. Разве может быть что-то хуже, чем вдыхать дым и испытывать тошноту от дурацкого напитка? Скорее бы мама взяла себя в руки, со всеми помирилась, и все было бы так же хорошо и спокойно как раньше...
Мамуля опять проснулась рано и забыла покормить меня. Но я больше не плачу. Я привык, что на меня не обращают внимания. Мама оделась и куда-то пошла. Она шла и плакала, а прохожие оборачивались в ее сторону и о чем-то шептались. Мама подошла к какому-то неизвестному зданию. Перед входом она перекрестилась и повязала на голову платок. Внутри было много людей. Некоторые ставили свечки, некоторые молились. Мамочка взяла свечку, поставила ее перед иконой и стала кого-то умалять, чтобы он ее простил, что она не хочет что-то делать, но у нее нет иного выхода. Как странно мама себя ведет, она раньше никогда не ходила сюда. Странное место, но оно мне нравится. За что же мама просит прощения? Может, за то что, обидела меня и не покормила? Неужели, она одумалась и вернется к папочке? Неужели все еще может быть хорошо?..
Наконец, мамочка закончила молиться и вышла из здания. На улице она сняла платок, положив его в сумочку, поймала машину и куда-то поехала.
В машине меня начинает укачивать. Сильно кружится голова. Мне снова плохо. Наконец, машина останавливается, и мама выходит у какого-то здания, еще более странного, чем первое. Вокруг бегают люди в белых халатах и в смешных колпаках на голове. Но мне почему-то страшно и я сжимаюсь в комок. Мама входит в здание и идет куда-то по длинному коридору. Она подходит к человеку в белом халате, он берет ее за руку и ведет в кабинет. Там стоят еще два врача. Внутри кабинет весь белый, посредине стоит что-то вроде кровати, а над ней горят лампы. Я начинаю бояться еще сильней. Мне так страшно, мамочка... Почему-то снова начинает болеть сердечко... Врачи сажают маму на эту странную кровать, которую они называют "операционным столом", закрывают дверь в кабинет и начинают к чему-то готовиться. Один из врачей приносит железный поднос, на котором разложены зловещие предметы: какие-то ножи и огромные щипцы. Господи, что они собираются делать?.. Что все это значит, что делает здесь моя мамочка?.. Она захотела напугать меня? Не надо, любимая моя, я и так уже очень напуган. Я так хочу скорее родиться, подрасти и помочь тебе, только не давай этим врачам ничего со мной делать, прошу тебя, ведь я так сильно тебя люблю!..
Неожиданно врач берет шприц, и что-то колет моей мамочке. Через несколько минут она засыпает. Но я не сплю, я все вижу, все чувствую... Врачи берут в руки свои зловещие инструменты и склоняются над мамочкой. Боже, что происходит?.. Почему мне так страшно, почему у меня текут слезы и так щемит мое маленькое сердечко?.. Отчего так пугающе горят эти лампы, а их свет будто прожигает меня насквозь? Что задумали эти люди в белых халатах, к чему они так готовятся и зачем они усыпили мою мамочку?.. Она же ведь никогда бы не допустила, чтобы со мной сделали что-нибудь плохое, она ведь любит меня...
Вот врач берет щипцы и погружает их в мамочку. Господи, они уже около меня! Я сжимаюсь еще сильнее, чтобы укрыться, но они все-таки задевают мою ножку и из нее сочится кровь. Боже, как же больно... Я хватаюсь за свою ножку и пытаюсь как-то остановить кровь. Но все бесполезно - рана слишком глубока... Как могут они протыкать мою нежную кожу своими железными щипцами? Мне ведь так больно, почему они такие жестокие и бессердечные?.. Мамочка, где же ты, почему ты спишь и не остановишь их?.. Я лучше останусь в этом грязном и дурно пахнущем животике, но я не хочу умирать... Не надо, пожалуйста... И я снова плачу, а безжалостные щипцы наносят мне следующий удар, на этот раз в беззащитную грудку...
Крови все больше... Я чувствую, что умираю... Как же мне больно, Господи, зачем они так поступают со мной, в чем я виноват?.. За что мне такие мучения?.. Я уже не плачу - я кричу, хотя сил все меньше и меньше, и я чувствую, как жизнь постепенно уходит из меня...
Вот щипцы появляются вновь. Я из последних сил кидаюсь на них, но сталь намного сильнее моих неокрепших маленьких ручонок. Щипцы перехватывают мою тоненькую шейку и тянут наружу.
Сопротивляться и плакать нет сил. Меня все равно никто не услышит. Я задыхаюсь, кровь брызжет из моего тела. Врачи извлекают меня из маминого животика, но я уже мертв...
Врачи равнодушно смотрят на мои останки и без зазрения совести кидают их в мусорное ведро, а маму, спустя некоторое время, перевозят в другую палату. Скоро она проснется и пойдет домой. Все будет как раньше, лишь меня уже никогда больше не будет в ее животике, я никогда не рожусь и не подрасту... Я навсегда останусь здесь, в мусорном ведре... Я никогда не смогу обнять ее, прижать к себе и поцеловать. Я никогда не пойду в садик и в школу... Моя мамочка никогда не увидит моих первых шагов, не услышит моих первых слов и никогда так и не узнает, как сильно я ее любил...

http://lit.lib.ru/a/andrianow_a_b/text_0030.shtml

[Андрей К]

Добавлю к этой теме: есть наша современница, певица Ольга Дубова - к сожалению почему-то малоизвестная. Она создала прекрасные стихи и песни против абортов, позже была составлена музыкально - поэтическая подборка куда вошли так же песни иеромонаха Романа, некоторые детские песни советского периода. Воссоздать подборку сейчас пока не удалось (ранее она была сделана на кассетах). Может быть возьмёмся вместе? Пишите!

[olga]

C творчеством О.Дубовой не знакома, к сожалению. Можно поискать.
К этому знаете сразу вспомнилось, полтора-два года назад в московском метро были расклеены листовки вот с таким стишком:

Я - ребенок, не родившийся на свет
Я - безродная душа по кличке "Нет"
Я - колючий холодок в душе врача
Узелок, людьми разрубленный сплеча.

Пусть же будет вам легко, отец и мать,
Жить, как все, и ничего не понимать.
Все равно я вас люблю сильнее всех,
Даже если вы забыли этот грех.

Провисела в вагонах эта социальная реклама довольно долго (Спаси Господи её создателей). Сердце сжималось всякий раз, читая эти нехитрые строки, запомнились они сразу. Думаю многих это отвело от беды. Вот бы подобное развесить в коридорах и приёмных всех абортариев.

Спасибо, Андрей, за небезраличие к этой проблеме. Редкость для мужчин...

[Андрей К]

Да, если бы ещё понял всё это во-время...
Упомянутые листовки расклеиваются в московском метро очень давно, впервые они появились более 10 лет назад. Точно не знаю, но полагаю, что этим занимается православный медико-просветительский центр "Жизнь". Есть у них и другие листовки, я понемногу раздаю их. Адрес: www.pms.orthodoxy.ru/zhizn
Сайт Ольги Дубовой: http://olga-dubova.nm.ru/cd-russia4-5.html
Сейчас я занят главным образом работой против алкоголизма и табакокурения, сделал для этого сайт, пытаюсь помогать другим избавиться от этих зависимостей. Но и проблему аборотов тоже стараюсь не упускать.

[Андрей К]

Подскажите пожалуйста, где можно скачать песню иеромонаха Романа "Пожалей, дорогой, пожалей", я так и не смог её найти. Она нужна для составления специальной подборки против абортов.

[July]

ЖИТЬ ИЛИ НЕ ЖИТЬ?

(из православного календаря)

Год назад у меня родилась дочка Сашенька. Так получилось, что в роддоме, в котором я лежала, дверь в абортарий находилась прямо у выхода в холл, где нас ждали родные. Идя на встречу с ними, мы проносили свои животы мимо женщин, толпящихся у этой двери. Они смотрели вслед нам, а мы прятали от них глаза.
А когда в своей палате мы завели разговор об этих несчастных, выяснилось, что всем моим соседкам пришлось принимать решение: оставить ребенка или нет.

Ксюша

Оксана — даже не девушка, а девочка-подросток, совсем не похожа на других пациенток нашего отделения. В кровати вместе с ней всегда спит голубой плюшевьй мишка с розовой ленточкой на шее.
Оксане 15 лет. Срок беременности — 6 месяцев!! «Обидно, если рожать придется под Новый год, — вздыхает она, — я так люблю елку украшать. И праздник этот ведь семейный — надо дома справлять».

Два года назад Ксюше попалась в руки журнальная статья про то, как делают аборты. Прочитав, девочка по- настоящему ужаснулась и заявила сестре:
— Никогда и ни за что делать аборт не стану!
— От сумы, тюрьмы и аборта не зарекайся, — философски ответила сестра.
— Ну, уж нет, — рубанула Ксюша. — Сказала — не сделаю, значит, не сделаю.
— Посмотрим, — усмехнулась та.
Через год Оксана познакомилась на дне города с Лешей. Он пленил ее не только высоким ростом, стройной фигурой и ясными голубыми (как у принца!) глазами, но и тем, что состоял в основном составе молодежного отделения известной футбольной команды. Парень то и дело ездил на соревнования в Москву, Питер и другие города, которые и не снились девчонке-сибирячке из небогатой семьи. Из каждой командировки Алексей привозил Ксюше подарки — плюшевых медвежат разного цвета и калибра.

Вообще, в любовных делах Леша был намного опытней, чем Оксана. Будучи старше девушки на два года, он уже успел сменить с десяток подруг, а отношения с двумя из них закончились прерыванием нежелательной беременности — об этом Ксюше услужливо доложили всезнающие приятельницы. Поэтому, когда девушка «залетела», питать надежд относительно вечной любви и брака не стала — поняла, что в любом случае останется или брошенной мамой, или брошенной «убийцей». Последняя перспектива не понравилась ей особенно.

Несмотря на уговоры старшей «повидавшей жизнь» сестры и на то, что лучшая подруга уже договорилась со знакомым гинекологом, Ксюша решила, что ребенка оставит. И что отец ребенка имеет право это знать.
Разговор состоялся сразу после возвращения Алексея из очередной «спортивной командировки». Сжав в руках «свежеподаренного» медведя — голубого, с розовой ленточкой на шее, — девушка сообщила: «Ты знаешь, любимый, у нас будет ребенок — это во-первых, — не заметив особого воодушевления на лице друга, она продолжила, — во-вторых, ребенка этого я рожать буду, потому что уже его люблю и мне он, уж прости, на данный момент дороже, чем ты. В-третьих, от тебя нам ничего не надо — это мой ребенок, я буду растить его сама, а в-четвертых — забирай своего медведя и иди... по холодку».

От такого напора подруги Алексей на мгновение растерялся. А потом, отряхнувшись от оцепенения, сказал: «Ну, зачем ты так?.. Ведь это и мой ребенок!» — и втиснул медведя обратно в Ксюшины руки.
Через два месяца, после множества скандалов, упреков и угроз со стороны и тех, и других родителей, Алексей и Оксана поженились.

Сейчас любимец семьи — годовалый Пашка — вовсю нарезает по квартире и шумно радуется, когда к папе с мамой приходят друзья и приносят ему плюшевых медвежат.

[July]

(продолжение)

Лена

Когда Лена сказала нам, что ребенок, которого она ждет, пятый, мы не поверили. Слишком уж не похожа она на стереотип многодетной мамаши, сложившийся в обществе, — толстая неопрятная курица с низким коэффициентом интеллекта.
Елена — симпатичная, стройная женщина за тридцать. Работает главным бухгалтером на заводе краевого значения. Она востребована — не успела лечь в роддом, как ей на мобильник начал названивать шеф и спрашивать, когда же, наконец, она родит и выйдет на работу? Получает за свои труды соответствующе.

— Буду ли я рожать пятого, мы решали всей семьей. Квартира у нас, видишь ли, трехкомнатная. Правда, мы тут с мужем брали халтурку и подзаработали на размен с доплатой. Но поскольку ничего насчет квартиры еще не было определено, решение давалось мучительно. Лена и Максим сомневались: жилищные условия не те, возраст, опять же, — под сорок. Все предыдущие роды были очень сложные, единственно — очень уж хотелось дочку. Но если учитывать, что предыдущие четверо детей — парни, вероятность рождения девочки была довольно мала.
В результате, так ничего и не решив, Лена пошла в женскую консультацию. Просто провериться. А врач предложила: сходи на УЗИ, хоть узнаешь вообще, можешь ли ты еще рожать.

В кабинете УЗИ обнаружилось нововведение: помимо монитора перед врачом, появился второй — на стене. В аккурат над кушеткой. Лена стала с интересом ждать.
— Я и не думала, что то, что я там увижу, будет выглядеть как настоящий ребенок! Ведь сроку-то у меня было всего 11 — 12 недель. А тут гляжу — ребеночек. Крохотный, правда, но дитенок. И голова есть, и ножки, и ручки, и даже попка.

В это время врач говорит: «У вас все в порядке. Ну что, направление на аборт писать?» А я ей: «Вы что же меня ча злыдню какую принимаете? Чтобы я собственного махонького дитенка в расход пустила? Не будет этого!» А она улыбается: «Вот и хорошо, мол». Так все решилось само собой.
Когда у Лены начались схватки, мы попросили, чтобы она после родов сообщила, как себя чувствует и кто у нее родился.
Через четыре часа к нам спустилась акушерка и сообщила: «Девочка у вашей соседки. Родила как по маслу».

[July]

http://www.youtube.com/watch?v=DFHKGHwIU8U&featu...